Где находится гетто для всех ненормальных со всего света, как проходит шабаш водолазов, какой неопрен предпочитают акулы и ездят ли велосипеды по стенам?

Я разделяю гонки на два типа.
Первый — гонки Q типа — qualification race. Гонки, которые я прохожу, чтобы понять, чего я добился в спорте. Их особенность — конкретная длина, высота, ширина, глубина. Они измеримы, и по их результатам виден прогресс. Например, марафоны большой пятерки, полумарафоны, полу- и полные айронмены, соревнования по фридайвингу. Например, зная, что я пробежал марафон в Амстердаме за 3:30, я могу сказать, что бегаю быстрее Ибрагима Забодульского, который пробежал марафон в Париже за 3:45. Я подвожу себя к ним по всем правилам. Они — ключевые, опорные точки в моей спортивной карьере, поэтому на этих соревнованиях я работаю на результат.

Но, к счастью, есть и другой тип соревнований. Мой любимый — E тип — experience race. Такие гонки не похожи ни на одну другую, у них свой размер, свои особенности, свой челендж. Они — особенные, здесь не важен результат, секунды, метры и места. Цель таких гонок — получить новый опыт от соприкосновения с чем-то непознанным, победить свои страхи, переосмыслить себя в спорте и спорт в себе, да и просто кайфануть! Это то, ради чего ты занимаешься спортом.

Это — Босфор, Байкал, Долина Смерти, Tough Guy, Ла Манш, Монблан, Дес Саблес и многие другие.

Побед из Алькатраса — однозначно experience race. Я очень не люблю холодную воду, и для меня 2,5 км в открытой воде с температурой 12 градусов — однозначно вызов.

Поэтому у меня пошли мурашки по коже от холода, когда я неведомым образом выиграл в лотерее и получил письмо с поздравлением и рекомендацией начать закаляться прямо с сегодняшнего дня. Бррр…

Сан-Франциско

Если бы я не жил в Кишиневе, я бы жил в Сан-Франциско. I love SF. Это мой второй визит в это чудесное место.

Я люблю Фриско за неповторимый колорит города, людей, атмосферу дурдома и праздника.

Иногда кажется, что СФ — это гетто для всех ненормальных со всего света.

Очень круто. 39-ый пирс, рыбацкая пристань, крабы-убийцы, канатные трамваи, улицы, похожие на океанские волны, рядом Pixar и Силиконовая Долина, Golden Gate, ну, и конечно, самая знаменитая тюрьма в мире — Алькатрас.

Тюрьма Алькатрас

Эта тюрьма-крепость возвышается в бухте Сан-Франциско в двух километрах от западноамериканской метрополии.

Она вселяла страх даже в самых отчаянных уголовных преступников. Кто нарушал общественный порядок — попадал в тюрьму, кто нарушал порядки тюрьмы (пытался бежать) — попадал в Алькатрас.

Ее прозвище “Скала”. Здесь сидел король преступного мира — Аль Капоне. Это самая известная тюрьма в мире.

И даже отсюда совершались побеги. Фрэнк Моррис, Джон и Крепенс Энглин 11 июня 1962 года бежали из самой защищенной тюрьмы. Но удалось им это или нет, никому не известно. Больше их не видели ни среди живых, ни среди мертвых.

Бежать из Алькатраса было невозможно не только потому, что это была самая защищенная тюрьма, но и потому, что побег можно было совершить только через ледяные воды залива.

Настолько холодные, что сердце неподготовленного беглеца могло разорваться за считанные секунды. И именно поэтому в Алькатрасе у заключенных даже в душе была горячая вода — чтобы не могли подготовиться.

Меньше чем через 12 месяцев после побега этих трех преступников тюрьма перестала существовать — ее закрыли, превратив в музей.

А с 1981 года сумасшедшие, вечно проверяющие себя на выносливость, участвуют в ежегодном соревновании по триатлогу “Escape from Alcatraz Triathlon” (“Побег из Алькатраса — Триатлон”). В настоящее время после объ- явления старта на Алькатрасе триатлонисты должны проплыть 1,5 мили (2,4 км) от острова до Сан-Франциско, проехать на веле 18 миль (29 км) и пробежать 8 миль (12,9 км).

Участников отбирают путем лотереи. И несколько месяцев назад и я получил “повестку”. Ну что ж. Теперь настала моя очередь совершить побег. Побег из Алькатраса.

 

День побега

Проснулся в 3. Это было несложно сделать, потому что адаптация к смене часовых поясов была в самом разгаре, и по ночам мы с Викой смотрели на звезды, а днем спали как хомяки. Собрал рюкзак с пожитками, погрузил на велик и поехал в транзитку.

Ночной Фриско — полный сюр. Темно, улицы как стены — вверх, вниз, вверх, вниз и только впереди в море виден маяк на Алькатрасе. Никогда не забуду это зрелище.

В транзитной зоне уже полно спортсменов, прохожу мимо гигантской очереди за насосом — все 2000 человек понадеялись на других спортсменов, поэтому насос на все 2000 был только один.

Оставляю очередь позади, нахожу свой слот, раскладываюсь в темноте, забираю гидрик и еду на автобусе к лодке. На секунду я отключился и подумал, что мне все это снится, настолько неестественно было то, что происходило вокруг. Ночь, Сан-Франциско, автобус, забитый битком людьми в гидрокостюмах, все о чем-то говорят и едят бананы. Странно, но я тоже в гидрокостюме и тоже ем банан. Кто эти люди? Почему я среди них? Куда мы едем? Почему бананы? Откуда столько вопросов? Потом увидел лодку, маяк Алькатраса и “проснулся” :)

Погрузили всех на лодку и поплыли. Лодка огромная, двухуровневая. Вокруг тебя 2000 человек лежат, стоят, сидят, спорят, как плыть, некоторые напуганы, другие улыбаются во сне. Шабаш водолазов короче.

Плавание

Через час подплываем к тюрьме. Почетный круг вокруг острова и вот, понеслось! Профики пошли! Адреналин начинает пузыриться в крови. Сан-Франциско виден вдалеке в тумане, вокруг куча возбужденных лиц, на палубе дубняк, и только слышны шлепки людей об воду — го! го! Ждешь своей очереди нырнуть и думаешь, как ты оказался здесь, в этой толпе безумных людей, готовых с минуты на минуту прыгнуть в ледяные объятия океана.

И пока ты философски пытаешься ответить на этот вопрос, подходит твоя очередь сделать шаг, и ты летишь с палубы вниз. Бултых! Шок! Где я? Кто здесь? Где поверхность? Ага, вижу, выплываю наверх. Вода вокруг кипит от людей. Как холодно… Куда плыть? Ааа, плывем к берегу, вперед!

Перед соревнованием нам долго объясняли, как нужно плыть — по сложной траектории, сначала к башням каким-то, потом к желтому зданию, потом еще куда-то. Раньше я очень внимательно прислушивался к таким вещам на брифингах. Сейчас я понимаю, что все, что от меня требуется на соревнованиях — быть в толпе. Она вынесет к финишу. Поэтому я залез в самую гущу и поплыл, не теряя времени на ориентирование.

Еще я что-то читал про акул, морских котиков и прочую морскую живность, обитающую в местных водах. Блин, акулы. Надеюсь, им не по вкусу неопрен. Хотя, даже если поблизости и плавала акула, думаю, ей хватило мозгов не лезть на рожон. Пловцы они такие, опасные, да.

Чтобы не мерзнуть, я решил плыть бодро. Неплохой план, и через 15 минут я “согрелся” — т.е. перестал трястись, и до конца плавания холод не доставлял мне больших хлопот.

Плыву. Какой-то товарищ повис у меня на хвосте и периодически цепляет за пятку. Долго. Кто плавал, понимает, как это раздражает. Через 10 минут я окончательно расстроился по этому поводу, притормозил и сделал резкий удар ногами по воде. В бассейне это очень хорошо помогает — обычно люди после этого меняют дорожку. Мой друг не оказался оригиналом и тоже куда- то исчез.

Я чувствовал, что течение все-таки меня сносит, поэтому несколько раз пришлось остановиться, чтобы оглядеться. И это было правильно — оказалось, что я плыл перпендикулярно основному потоку людей. С грехом пополам, по извилистой траектории я доплыл до берега.

Выскакиваю из воды, бегу. До транзитки метров 800, снимаю гидрик на ходу. Вокруг куча американского народа, крики, гудки каких-то труб, аплодисменты. Встречаю безногих спортсменов — вот это железные люди!

Бежим — шлеп-шлеп, чавк-чавк — это так мокрые триатлеты в неопрене бегут по асфальту.

Пока бежали, человек тридцать обогнал. Добежали до транзитки. Гидрик долой, шлем, номер, туфли, носки, блин! Туфли долой, носки, потом туфли. Часы перекинул на руль, очки, так, теперь еда — выдали гель в рот, сморщился, запил изотоником, опять сморщился, схватил вел и побежал на выход.

10 минут в транзитке — мой личный “рекорд”! Молодец, Дима! Горжусь!

Велик

Сан-Франциско — не Маями, поэтому в 8 утра достаточно прохладно, а когда ты несешься на велике в мокром костюме, то невольно начинаешь думать о баньке со всеми вытекающими. И вот с мыслями о горячей сауне и веничках, я начал велоэтап.

Вообще вел — это мое больное место. Больное, потому что слабое. А велик в этой гонке достаточно сложный — горки на горках. Вверх медленно, потому что не успел накачать банки на ногах, и вниз медленно, потому что дорога извилистая и неизвестная.

Супер-техническая трасса — требует внимание к самым мельчайшим деталям. Поэтому, если не хотите оказаться где-нибудь в океане с акулами или любом другом неприятном месте, то следите за дорогой. И тут преимущество за местными. Нам (приезжим) трасса совсем не известна, и именно на велоэтапе многие из-за этого теряли время. А вот те, кто имеет возможность прокатиться здесь заранее и изучить все повороты и горки, тем гораааааздо проще, потому что поворотов и горок здесь, как я и говорил ранее, огого.

Я должен сказать, что день идеально подходил для гонки. По пути было несколько просто потрясающих видов. Когда я взобрался на первый холм, передо мной открылся потрясающий вид на мост и океан, распростершиеся в сиянии солнца. Это бесспорно была самая красивая трасса, которую я проезжал.

Затем я въехал в парк Golden Gate. Думаю, это была моя любимая часть трассы. По обе стороны трассы вас защищают огромные деревья парка. Это было похоже на какое-то далекое воспоминание из детства, когда ты совсем еще мелкий, а деревья вокруг здоровенные, наблюдают за тобой, а ты медленно крутишь педали и едешь вперед.

Педали я и вправду крутил медленно — дорога становилась все более и более извилистой, вся дорога усыпана горками, и это не было бы триатлоном Сан- Франциско, если бы здесь не было холма типа “я едва могу подняться на него!” Это был как раз один из таких холмов, и он находился на 4-м подъеме сразу после поворота направо назад на seal rock drive. За километр с небольшим я набрал около 100 метров в высоту. Перед заходом на этот холм я убедился, что у меня включена верная передача и медленно, но верно поднялся наверх.

С некоторых градиентов я удивлялся — как это я на них вскарабкался. Стоя. Вроде стена, а велосипеды ведь по стенам не ездят.

Зная, что велоэтап — не сильная моя сторона, я попытался получить максимум удовольствия от поездки. И мне это удалось.

Бег

И вот опять транзитка — велик на место, шлем долой, кроссовки, номер развернул, гель высосал, часы надел и побежал.

Наконец-то мой любимый бег. Я люблю его за полный контроль над ситуацией — все зависит от меня. Не от бокового ветра или сдутой шины, ни от волн и течений, а только от тебя. И ты кайфуешь от того, что ты один на один с трассой, и никто тебе не помешает пройти ее так, как ты хочешь и можешь.

Я думал, что только велотрасса отличится особыми пейзажами, но ошибся — беговая трасса так же изобиловала красивыми видами — Golden Gate, пляжи Сан-Франциско, океан, тропинки в цветущих зарослях. В общем, я наслаждался, и, возможно, поэтому бежал не быстро. Кстати, благодаря этому сэкономил немало энергии, которая мне пригодилась, а вот где, об этом позже.

А потом пришло время бежать в обратную сторону. И по дороге те, кто пробежал уже половину трассы, сталкивались с теми, кто только добегал до контрольной точки. Тропинки узкие, и некоторым приходилось останавливаться, чтобы пропускать кого-то из бегунов.

Кстати, о трассе. Мы бежали по песку, по мокрому песку, по гравию, по спрессованной грязи и по асфальту — в общем, трасса интересна еще и таким разнообразием поверхностей.

Когда дошла очередь до мокрого песка (это мы по пляжу бежали), соревновательный дух сменился на романтический. Не хватало какой-нибудь мелодии и бегущей навстречу половинки. Вика, привет! Единственное, что возвращало в реальность — брызги прибоя. Прибой был достаточно сильным, так что некоторым триатлетам приходилось “пропускать” его вперед.

А вот в конце пляжа нас ждала легендарная песчаная лестница. Это 400 ступеней из песка и бревен, поддерживающих его (песок). Для сравнения, на лестнице Камсика всего 200 ступеней.

Чтобы пройти ее, а еще лучше — пробежать, некоторые пользуются боковыми тросами. И даже лучшие из лучших иногда сочетают бег трусцой и ходьбу, чтобы подняться по ней. Кстати, время, за которое спортсмен преодолевает песчаную лестницу, записывается отдельной строкой в результатах. Профессионалы могут пробежать ее менее, чем за 2 минуты, мое время — 3:11 — неплохо, учитывая то, что я успел остановиться, чтобы попозировать местному фотографу.

А после лестницы были несколько километров спусков и прямой дороги, так что именно здесь я стал набирать “обороты” — всю сэкономленную ранее энергию расходовал, не жалея. И на этом участке мне удалось обогнать больше триатлетов, чем за все соревнование в целом.

Кстати, пока бежал, понял, что этот триатлон дался мне не просто так — я стал плохо слышать на одно ухо. Думал о том, что это все из-за слишком холодной воды. Успокаивал себя тем, что Алькатрас того стоил. Ну да, не очень тянет на успокоение, но я старался. В итоге, за 15 минут до финиша понял, что забыл вытащить из уха заглушку, с которой плавал. Вытащил, и о чудо! Слух вернулся :)

Ну а потом был финиш. Праздничные обнимашки с друзьями и любимой, кола литрами, валяние на травке, вручение медальки (крутая такая — вертится), фотографии на память и… прощание с Алькатрасом.

Послесловие

Побег из Алькатраса стал для меня самым контрастным из всех соревнований. Во-первых, страшные виды самой известной тюрьмы за каких-то полчаса сменились прекрасными пейзажами Сан-Франциско. Во-вторых, ледяные воды залива за короткий промежуток времени сменились палящими лучами калифорнийского солнца. В-третьих, этот триатлон навсегда выделится среди остальных благодаря трем моментам: крутые горки на велоэтапе, разнообразие поверхностей на беговой трассе, и завораживающие виды во время заплыва.

Ты в ледяной воде залива, а по разные стороны от тебя маяк по-прежнему неприступной тюрьмы Алькатраса, побережье ночного Сан-Франциско, манящего своей вседозволенностью, и где-то вдалеке мост Golden Gate, как символ соединения этих двух таких разных мест.

Я навсегда запомню это…